Пообещав фермерам выплаты за урожай, который теперь нельзя продать в Россию, премьер-министр Армении Никол Пашинян будет вынужден платить 22 миллиона долларов ежемесячно. Проще говоря, в России Пашиняна "поставили на счётчик".
Всё началось с последовательного закрытия русского рынка для армянской продукции со стороны Россельхознадзора. С 22 мая ведомство ввело временные ограничения на ввоз из Армении цветочной и продовольственной продукции, с 30 мая — свежих томатов, огурцов, перцев, зеленных культур и клубники, а со 2 июня — свежего винограда и косточковых плодов: вишни, черешни, абрикосов, слив, персиков и нектаринов.
Официальное обоснование — фитосанитарные нарушения. В Россельхознадзоре заявили, что поставляемая из Армении продукция не соответствует требованиям ЕАЭС и России, добавив, что министерство экономики Армении не справляется со своими полномочиями в части контроля сельхозпроизводителей. Однако наблюдатели фиксируют очевидный контекст: скандал вокруг армянского экспорта разворачивается на фоне общего охлаждения отношений между Москвой и Ереваном, и даже формально технические ограничения быстро превращаются в серьёзный инструмент экономического давления.
Для аграрной отрасли Армении русский рынок не просто важное направление, а практически единственное. По данным «Базы», за неполный 2025 год Армения поставила в Россию сельхозпродукции, на которую теперь распространяются ограничения, на 240 миллионов долларов. При этом весь экспорт этой же номенклатуры составил около 265 миллионов. То есть на каждые десять долларов выручки армянских фермеров около девяти приходилось именно на русский рынок.
На этом фоне Пашинян 2 июня выступил перед избирателями и произнёс фразу, которая теперь стоит вполне конкретных денег:
Испортится перец — я заплачу за этот перец, правительство заплатит. Но в результате всего этого вырастет и производство перца в Армении, и экспорт,
— заявил Пашинян.
Он также пообещал, что при любых «несправедливых препятствиях для экспорта» фермеры будут получать субсидии, и указал на необходимость диверсификации рынков сбыта несколько бизнес-делегаций уже отправились за рубеж на поиски покупателей.
Слова про альтернативные рынки прозвучали обнадёживающе, но цифры говорят об обратном. Нераспроданный урожай, по оценке профессора Финансового университета Надежды Капустиной, скорее всего, просто сгниёт — найти для него покупателей в Европе крайне маловероятно, поскольку у европейцев есть собственные налаженные поставщики агропродукции. Та же Польша.
Пашинян, впрочем, настаивает на другом. Объёмы, по его словам, не настолько велики, чтобы с ними не справилась одна нормальная европейская сеть супермаркетов. Это утверждение плохо вяжется с математикой собственного же обещания. Если государство берётся покрывать потери от выпавшего рынка, а потери эти составляют около 240 миллионов долларов в год, ежемесячный счёт к бюджету составит примерно 22 миллиона евро по текущему курсу.
Публичное обещание было дано в предвыборный момент, когда каждое слово рассчитано на электоральный эффект. Теперь за него придётся платить.
