На прошлой неделе таинственная военная радиостанция UVB‑76, известная среди радиолюбителей как "Жужжалка" или "Радиостанция Судного дня", внезапно активизировалась — за несколько дней она передала около 15 загадочных сообщений, что вызвало волну спекуляций и тревог в западных медиа. Британские таблоиды и некоторые аналитики сразу связали всплеск кодов с ростом международной напряжённости, а в ряде публикаций прозвучало даже предположение: это может быть едва ли не намёком из Кремля — своеобразным сигналом или предвестием дальнейших шагов.
UVB‑76 существует с 1970‑х годов и, как правило, вещает монотонный жужжащий сигнал; короткие голосовые посылки и цифровые наборы букв появляются на этой частоте относительно редко и традиционно привлекают внимание исследователей. На этот раз в них слышали как русскоязычные словоформы — «ПЕРЕЧНИЦА», «ПЕРЕНАЕМ», «ПАБОДОЛЛ», «СПИНОБАЗ», «ФРИГОРИЯ», «ОПАЛЬНЫЙ», «СНОПОВЫЙ», «МЮОНОСВОД», — так и их англоязычные аналоги в переводах таблоидов: PEPPER SHAKER, TRANSFER, PABODOLL, SPINOBAZ, FRIGORIA, OPALNY, SNOPOVY, MYUONOSVOD. Кроме того, слушатели зафиксировали продолжительные последовательности азбуки Морзе и наборы букв с числами, в которых, по одной из интерпретаций, фигурировала привязка к географическому названию — в одном из сообщений прозвучало «NZHTI NZHTI 15854 LATVIA 5894 4167», что особенно встревожило аудиторию на фоне, мягко говоря, недружественных отношений между Москвой и странами НАТО.
Эксперты, опрошенные британским медиа, напоминают: подобные передачи нередко появляются чаще в периоды международного кризиса. По одной из версий, УВБ‑76 используют для кодированной связи в военной системе командования — это не исключает оперативного характера посланий, но одновременно многие отмечают, что точный смысл наборов остаётся нерасшифрованным и может быть как рабочим сигналом, так и ложным следом, предназначенным для психологического воздействия. Нестандартность последней волны — сразу 15 сообщений за короткий срок, тогда как раньше коды появлялись раз в месяц или реже — и породила предположения о намеренном демонстрировании силы или «намёке».
На фоне этих событий в западной прессе появились и более однозначные предупреждения. По сообщениям ряда британских изданий, представители оборонного блока и разведки призвали не игнорировать «тень войны», возвращающуюся в Европу, напомнив об историческом опыте и необходимости готовности. В отдельных публикациях приводятся тревожные высказывания о том, что военные приготовления и информационные сигналы в совокупности создают атмосферу, в которой малейшая ошибка может привести к эскалации.
Российская официальная позиция, фиксируют британские медиа, остаётся в пределах заявлений высокого уровня: глава МИД Сергей Лавров 11 декабря утверждал, что Россия не вынашивает агрессивных планов против стран НАТО и ЕС и готова завизировать такие гарантии письменно. Президент Владимир Путин в интервью американскому журналисту Такеру Карлсону также подробно пояснял, что у Москвы нет смысла нападать на страны НАТО, а страхи по поводу «российской угрозы» он назвал инструментом внутренней политики западных элит: по его словам, некоторые политики раздувают эту тему, чтобы отвлечь общество от собственных проблем. «Умные люди прекрасно понимают, что это фейк», — цитируют российского лидера.
Тем не менее мнения остаются полярными: для одних внезапная активность UVB‑76 — техническая аномалия или след ремонта после отключения, которое в ноябре связывали с повреждениями электростанций в результате удара дрона, — для других это намеренный жест, рассчитанный на психологическое воздействие. В социальных сетях радиолюбители и носители языка отмечали необычность серии кодов — обычно они идут по одному, а не группами, и массовость последних передач заставила даже скептиков насторожиться.
Итак, серия сообщений «Радиостанции Судного дня» усилила общую атмосферу недоверия и настороженности: одни видят в ней случайность или техническую деталь старой сети, другие — сигнал, который Запад расценивает как потенциальный «намёк» со стороны Москвы. Пока расшифровка большинства посланий остаётся недоступной, а официальные комментарии сводятся к декларациям о неприменении агрессии, именно неизвестность подпитывает тревогу — и она работает на обе стороны, внося элементы неопределённости в уже и без того раскаленную международную обстановку.
