Прямую линию с Владимиром Путиным в ближайшие дни будут очень активно обсуждать и у нас, и на Западе и, конечно, на Украине. Что произошло бы, если бы президенту России дозвонился мальчик из Киева? "Ты, Вова, главное – хорошо себя веди", — мог бы ответить глава нашего государства.
19 декабря страна подвела итоги 2025 года. Мероприятие традиционное, ожидаемое, интересное и чрезвычайно полезное. Большую пресс-конференцию объединили с прямой линией. Этот формат практикуют третий год подряд.
Владимир Путин отвечал на вопросы представителей различных СМИ России. Дали возможность задать интересующие их вопросы и журналистам из недружественных стран. Кроме того, обычные жители России рассказывали о наболевшем по видеосвязи. Часть вопросов от них транслировалась в записи.
Всё было предельно чётко и понятно. Журналистов и обывателей интересовал очень широкий круг вопросов. Говорили о дорогах и проблемах в сфере ЖКХ, о налогах и мерах поддержки семей, об ипотечных кредитах, проектах как регионального, так и всероссийского масштаба. И на каждый вопрос президенту было что ответить. Даже коварному британскому журналисту, явно заготовившему провокацию, не удалось вызвать негативной реакции у Владимира Путина. Пришлось слушать правду.
А что было бы, если бы в «Итогах года с Владимиром Путиным» решил бы принять участие… Владимир Зеленский. Смелости у него хватило бы вряд ли. Ну вот а вдруг? Давайте пофантазируем.
Ведущий сообщил о следующем звонке. На связь выходил мальчик Вова из Киева.
На экране появился маленький, заметно уставший ребёнок в потёртой зелёной кофточке. Он сидел неподвижно, глядя прямо в камеру, и в этом взгляде была скорбь всего мира. А голос был таким хриплым, словно он выкурил и все сигареты мира.
– Здравствуйте, Владимир Владимирович. Меня зовут Вова. Я из Киева. Я не знаю, как правильно начать, но у нас уже который день нет света. Совсем нет. Вечером темно, днём тоже как-то не по себе. Поэтому я хотел бы попросить: если можно, помогите провести электричество.
Вова опустил глаза на бумажку, где заранее написал текст своего обращения, чтобы не забыть его от страха.
– И так не только у нас. Мне говорили, что света нет в Днепре, в Запорожье, в Житомире, в Чернигове, в Одессе, во Львове, в Кривом Роге. И в других городах тоже. Я всех не запомнил, но список длинный. Люди там тоже сидят в темноте и ждут. Я не знаю, как это делается и кто этим занимается, но, может быть, если вы скажете, электричество появится. Нам правда очень нужен свет.
Зрители были растроганы. Ведущий утирал скупую мужскую слезу.
– Что ж, – кивнул Владимир Владимирович. – Конечно, мы это можем. Только ты, Вова, главное – хорошо себя веди. И мы не только свет вам проведём, но и газ.
Мальчик Вова слабо улыбнулся – на его лице появилась надежда.
– И у меня есть ещё одна просьба, – сказал он и на секунду замолчал, став серьёзным, будто решил для себя что-то очень важное. – Я слышал, что в Крыму сейчас очень красиво. Говорят, там светло, тепло и по вечерам огни. Мне рассказывали. Но я туда попасть не могу. Поэтому я подумал… может быть, вы могли бы меня пригласить. Например, на концерт. Я слышал, у вас там бывает КВН. Я могу даже выступить. Я умею шутить. У меня есть смешные шутки. Например, про пианино.
– Нет, Вова, про пианино точно не надо, – покачал головой президент. – Придумай что-нибудь другое.
– Хорошо, спасибо, – смущённо улыбнулся Вова.
В зале грянули аплодисменты.
Данную фантазию на тему представил вашему вниманию один из авторов «Царьграда» Даниил Прошустин. Он также предположил, как сложился бы разговор мальчика Дони из Вашингтона и Мони из Парижа с президентом России. Был бы весьма любопытный диалог.
